Среди всех историй о шпионах, двойных шпионах и перебежчиках, погибших и сумевших выжить, история Игоря Гузенко стоит особняком для тех, кто живет в Канаде. Она очень кратко изложена на мемориальной плите, установленной через дорогу от дома номер 511 на улице Сомерсет Уэст в столице Канады Оттаве.

Мемориальная доска, установленная напротив дома в Оттаве, где жила семья Гузенко.

Текст на доске гласит: “Дело Гузенко. 1945-1946. Дело Гузенко пробудило канадцев к осознанию реальности начинающейся “холодной войны”. 5 сентября 1945 года шифровальщик Игорь Гузенко вынес из Советского Посольства более 100 документов, раскрывающих сеть советских шпионов в Канаде, захватывающую США и Великобританию. Обвинения повлекли за собой создание Королевской Комиссии, известной как Комиссия Келлока-Ташеро.  За выводами Комиссии, подтвердившей уязвимость страны, последовало решение правительства укрепить систему национальной безопасности Канады.”

Так случилось, что мне пришлось работать над телевизионным сюжетом о скандале, связанным с  установкой мемориальной плиты. Российские власти открыто возражали против установки этой плиты, а канадские – устроили большое событие с пресс-конференцией, приглашением дочери Гузенко и созданием музейной экспозиции из рассекреченных документов, похищенных из Советского Посольства.

Когда я узнал, что мой любимый радио-ведущий и писатель Лоуэлл Грин выпустил книгу о деле Гузенко, я при случае попросил у него копию. Мы договорились о цене, и впридачу он подписал для меня книгу. Я ожидал узнать много нового об этом загадочном деле Гузенко, но было не суждено.

Книга оказалась шпионским романом, основанным на отдельных фактах истории, но не имеющим ничего общего с реальным Гузенко. Главный герой прыгает с парашютом, сражается с фашистами, спасает красавицу от смерти, много путешествует, и, в соответствии с жанром, спит с женщинами. В общем, типичный роман в стиле “Агент 007″. Если бы я любил такого рода книги, я уверен, она бы мне очень понравилась. Остается сожалеть, что был одурачен твердой обложкой.

Дом по адресу 511 Сомерсет Уэст в Оттаве, где снимала квартиру семья Игоря Гузенко до того, как он сдался канадским властям.

Купите книгу “Одураченный, или Шпион, который не умер” в твердой обложке.

Читать статью по-английски.

Вы набрали Фьфящтюсщь в командной строке вместо amazon.com, потому что клавиатура переключена “на кириллицу”.

Вам нужно сюда: Amazon Homepage.

Автор книги отправился исследовать “Дикий Восток” молодым выпускником университета, и через 10 бурных лет превратился в специалиста по пост-советской деловой журналистике. Книга охватывает, пожалуй, самый захватывающий период пост-совесткой истории – девяностые годы.

Для меня, кто провел годы с 1991 по 1998 в относительном спокойствии полувоенного городка вдали от финансовых бурь, было очень интересно  взглянуть на то же время с точки зрения иностранца, или, как его назвали бы тогда, “фирмача”, посылавшего репортажи с “передовой” о пробуждении русского медведя ото сна, о разделе советской госсобственности и о западных инвесторах, пытавшихся поучаствовать в этом разделе.

Бжезинский встречался со многими участниками событий девяностых: лидерами стран, финансистами всех уровней и с некоторыми сильно загадочными фигурами.

Замечательная книга для всех, кто участвовал в описываемых событиях, кто изучает девяностые годы двадцатого века в России или просто интересуется этим стремительным десятилетием.

Читать статью по-английски.

В фильме очень много авиасъемок самолета СУ-35. Просто очень много.

Казалось бы, книги Курта Воннегута не нуждаются в представлении. Не тут-то было. Недавно проходил мимо коллеги по работе в наушниках, с аудиокнигой “Мать Тьма” в плейере, и тут коллега спросила, что я слушаю. Я ответил, но к моему удивлению коллега никогда не слышала про эту книгу. И как вскоре оказалось, другие коллеги, что оказались рядом, не знают Воннегута. Надо заметить, что мои коллеги – тележурналисты. Стало как-то неловко.

Первый раз я прочитал эту книгу лет тридцать назад. Это был русский перевод в тонкой обложке. “Мать Тьма” мне и тогда понравилась, как, впрочем, все остальное, написанное Куртом Воннегутом.

Но сейчас, слушая ее еще раз, спустя все эти годы, я был в шоке. “Мать Тьма” могла бы быть пиком авторской карьеры любого писателя. Воннегут мог бы оставить перо (точнее, пишущую машинку), закончив эту книгу,  и остаться одним из великих писателей человечества.

Что тут можно добавить? Прочитайте, пожалуйста,  “Мать Тьма”, чтобы не создавать больше ощущения неловкости.